Опубликованы статьи по полиграфии для знакомства с печатью. А также новости полиграфии.

День Святого Валентина (продолжение)

(продолжение)
Вытащив из коробки кусок плинтуса на всякий случай, СанСаныч осторожно шагнул внутрь чужой квартиры. В прихожей он остановился и осмотрелся. По всем признакам, здесь жила одинокая женщина без детей. Розовые тона, узорчатые салфеточки, цветочки во всех углах. Плач раздавался откуда-то из гостиной. СанСаныч, как и учили в триллерах, прижимаясь спиной к стене, пошёл на звук.

Окна в гостиной, не смотря на полдень, были плотно зашторены. Свет выключен. В центре красиво и обильно сервированного стола горели две витые икеевские свечи. Они сгорели меньше, чем наполовину. Под столом угрюмо валялась пустая бутылка вина, горлышком указывая на стул с сидящей женщиной, которая, закрыв лицо руками, сдавленно плакала. Фигура у неё была ничего так себе, хотя и слегка полноватая.

пакеты с печатью на преображенке

— У Вас всё в порядке? — осторожно спросил СанСаныч, прислоняя кусок плинтуса к стене.

В ответ женщина разрыдалась. СанСаныч подошёл к ней и обнял за плечи.

— Он не пришёл. — всхлипывая, сказала женщина.

— Может, опаздывает, — стараясь быть максимально галантным, ответил СанСаныч.- Пробки, знаете ли…телефон забыл зарядить.

— Он ещё ни разу не опоздал. — женщина взяла со стола бумажную салфетку и промокнула глаза. — За два года наших отношений. И вот сегодня, в такой день…

Она опять закрыла лицо руками.

— Не плачьте, всё будет хорошо. — СанСаныч в душе костерил себя за банальность вылетающих из его рта фраз. — Жизнь наладится.

Он открыл стоящую на столе минералку и наполнил до краёв винный бокал.

— Выпейте воды. — СанСаныч подвинул бокал к женщине. — Помогает успокоиться.

Женщина грациозно взяла бокал и немного пригубила. Затем нервными движениями смяла салфетку. Бросила её на стол, потянулась за новой. Высморкавшись в неё, женщина впервые за всё это время подняла на СанСаныча свои большие карие глаза с разводами косметики.

— А вы кто? — она шмыгнула носом.

ЛЮБОВНИК ПОНЕВОЛЕ

— Саша. — представился СанСаныч.- Сан Саныч, ой, то есть Александр Александрович.

Женщина продолжала удивлённо смотреть.

— Сосед ваш. — СанСаныч жестом показал на дверь. — По лестничной клетке, так сказать.

— А почему Вы здесь? — спросила женщина.

— Мой кот под Вашу…ну, не важно… Короче, дверь была открыта. Услышал плач, вошёл.

Последние слова вызвали у женщины новый приступ рыданий. СанСаныч схватил бокал и вложил ей в руку. Женщина сделала несколько больших жадных глотков. И новая салфетка пошла гулять по лицу.

СанСаныч выждал, пока женщина успокоится, и спросил:

— Вам лучше?

— Да. Спасибо.

— Я пойду?

— Нет, пожалуйста, не уходите! — женщина вцепилась обеими руками в руку СанСанычу. — Не бросайте меня одну, сосед!

СанСаныч смутился. С одной стороны, женщина ждала не его, и как-то было неловко оставаться. Но, с другой стороны, дома поел бы только полу слипшиеся пельмени, он ещё тот повар. А здесь был щедро накрытый стол.

— Вас как зовут? — заполнил паузу СанСаныч.

— Маша. — улыбнулась женщина. Её обворожительная улыбка сразила СанСаныча и поставила жирную точку на втором варианте.

— Мария Владимировна, — добавила женщина.

— Маша, Мария Владимировна, я ненадолго отлучусь. Квартиру забыл закрыть.

Василий Александрович сладко спал, развалившись в кресле вопросительным знаком.

СанСаныч подсыпал ему корму в миску. Затем достал из бара бутылку коллекционного вина, привезённого им из Италии. Вынул из вазы букет и осторожно закрыл за собой дверь с той стороны.

Мария Владимировна оказалась миловидной компанейской дамой и прекрасным поваром. СанСаныч узнал, что ей в этом году должно было стукнуть сорок. И что у неё сеть салонов красоты в разных концах Москвы. Любит дайвинг, зимний фристайл и выращивать экзотические виды растений у себя дома, …разведена, но в отношениях.

После второй бутылки вина голос Маши начал понемногу затихать, а потом и вовсе куда-то пропал. Вместе с изображением…

ОДНАКО…

Очнулся СанСаныч от того, что кто-то грубо сбросил его с кровати на пол. Это был дородный детина с окладистой, аккуратно подстриженной бородой. По крайней мере, так он выглядел с нижнего ракурса.

— Маша, что это у тебя делает? — громко пробасил мужчина вбежавшей в спальню Марии Владимировне.

— Олег, это мой сосед.

— Как анекдотично!

— Он увидел открытую дверь, между прочим, для тебя, и пришёл меня утешить.

— Ну и как, утешил!?

— Утешил. Подарил мне вино и букет роз, в отличие от тебя.

— Я спешил.

— Я верю. А потом он начал засыпать прямо за столом, и я проводила его в спальню.

— Ты где был, урод? — спросил у Олега поднявшийся на ноги СанСаныч.

— В пробке стоял. — опешил от такого напора Олег. — На мосту, на третьем транспортном кольце.

— А почему трубки не брал? — почувствовав в СанСаныче защиту, Маша также пошла в наступление.

— Зарядка сломалась. И ни у кого из водил не было подобной. Ты же знаешь, что у меня эксклюзивный телефон. — Олег вдруг резко повернулся к СанСанычу и встал в боксёрскую стойку. — А за урода сейчас ответишь, урод!

Спустя мгновение Олег уже стонал на полу, согнувшись пополам. А СанСаныч в прихожей спокойно обувался. Маша, скрестив на груди руки, стояла, изящно облокотившись на стену. Она опять мило улыбалась.

— Ну, вы тут и без меня разберётесь. — уже в дверях обернулся СанСаныч. — Спасибо за прекрасный вечер.

— Вам спасибо. — Маша на прощание протянула руку. — Извините, если что.

— Всё в порядке. — СанСаныч пожал руку женщине. Затем вынул из внутреннего кармана пиджака визитку. — Звоните, если понадоблюсь.

— Конечно. — улыбнулась Маша и спрятала визитку в карман.

У себя в гостиной СанСаныч первым делом разобрал диван. Бросив на него пару подушек и одеяло, он разделся и плюхнулся сверху. Василий Александрович пристроился рядом. Тепло кот любил. Особенно, в феврале. Через пять минут оба уже спали крепким сном.

А через три дня поступил хороший заказ на разработку дизайн-макета и печать крафт-пакетов от сети салонов красоты…

День Святого Валентина

День всех влюблённых, четырнадцатое февраля, СанСаныч встречал, как всегда, на рабочем месте. Уже третьи сутки типография, не останавливаясь, печатала именные «валентинки», поздравительные адреса, открытки и прочую ерунду.

Аня на автомате формировала заказы и отправляла курьеров по адресам заказчиков. Сергей и Михалыч своим передвижением по офису уже напоминали персонажей из массовки фильма про зомби-апокалипсис.

И вот, наконец, последний принт вышел из машины. Последний заказ выполнен, последний курьер отправлен. Теперь можно месяца два жить припеваючи вообще без заказов!

СанСаныч попросил всех собраться в комнате для переговоров. Зайдя в кабинет, он достал из бара бутылку шампанского и коробку конфет.

— Ребята! Мы, как говорится, сделали это! — повторил он шёпотом перед закрытой дверью в переговорную. — И пусть в этот день, впрочем, как и во все другие дни, в наших сердцах царит любовь и взаимопонимание. С Днём Святого Валентина вас!

СанСаныч шагнул в переговорную, набрал побольше воздуха, чтобы разразиться длинной тирадой. Но…всеобщий храп встретил его. Сотрудники, даже охранник Лёха, мирно спали на стульях, диване и даже на тумбочке.

— Да-а, картина Репина «Устали». — пробормотал СанСаныч и вышел.

Оставив бутылку шампанского и конфеты рядом с кофемашиной, СанСаныч оделся и вышел из офиса, предусмотрительно заперев его на ключ. Ничего, Лёхе, как проснётся, полезно будет поработать.

На автозаправке СанСаныч выпил плохо растворимого кофе, затем заехал в цветочный магазин, чтобы купить шикарный букет роз для жены. Его здорово рубило, поэтому ехал он медленно, чтобы, не дай Бог, не заснуть за рулём.

Покружившись во дворах в поисках парковочного места, СанСаныч в итоге поставил машину на бесплатную стоянку у супермаркета.

Хоть у него и были ключи от квартиры, но СанСаныч несколько раз призывно позвонил в дверной звонок и предусмотрительно закрыл глазок букетом. Никто не открыл. СанСаныч приложил ухо к двери. Внутри стояла гробовая тишина. СанСаныч неуверенно позвонил в дверь ещё раз. Потом открыл дверь своим ключом.

В квартире было пусто. Лишь на кухонном столе лежала розовая «валентинка» в форме сердечка, на которой было написано почерком жены: «Дорогой! Поздравляю тебя с Днём всех влюблённых! Желаю тебе счастья, здоровья, терпения и поскорее вернуться к нормальной жизни! Пыталась тебе дозвониться и сказать, что мама сильно загрипповала и я срочно поехала её лечить. На следующих выходных мы обязательно отметим.»

— Ё-моё! — хлопнул себя по карману СанСаныч. — Телефон забыл зарядить.

 

ДЕНЬ «СВЯТОГО» ВАСИЛИЯ

Поставив цветы в большую напольную вазу, прям так, без воды, СанСаныч стал быстро переодеваться в домашнее, повторяя вслух, как молитву:

— Спать, спать, спать, спать, спать …

Он не сразу сообразил, что Василий Александрович не вышел его встречать, привычно усевшись в прихожей в ожидании, пока его возьмут на руки и почешут за ушком.

— Кота-то зачем с собой прихватила? — спросил сам себя СанСаныч. И тут же сам себе ответил. — Хотя…может, подумала, что я на работе надолго задержусь, заказов много. Но тогда насыпала бы корму побольше. Василий-кот серьёзный, умеет распределять пищу. Всё сразу не сожрёт.

пакеты с логотипом в москве

Входная дверь оказалась незапертой. СанСаныч осторожно выглянул на лестничную площадку, которая представляла собой закрытый предбанник на четыре квартиры, наполовину заваленный бытовым хламом, преимущественно в картонных коробках.

Василий Александрович сидел на коврике у квартиры в противоположном углу. При виде СанСаныча он недовольно муркнул.

— Вася, Вася, домой! — позвал СанСаныч.

Но кот не шелохнулся. «Наверное, обиделся, что его все бросили», — подумал СанСаныч и подошёл к Василию. Наклонился, чтобы взять кота на руки. Но Василий Александрович недовольно зашипел. В нос СанСанычу ударил резкий запах аммиака. На коврике перед соседской дверью красовались два небольших котяха.

— Ты чего нервничаешь? Твоя территория, никто на неё не претендует. — СанСаныч аккуратно скатал коврик и понёс к себе домой. Василий Александрович гордо последовал за ним.

Дома кот спокойно, с чувством выполненного долга, запрыгнул на кровать и стал вылизываться.

СанСаныч тщательно вымыл коврик чистящим средством, затем, при помощи фена жены, высушил насухо.

Выйдя на площадку, он предусмотрительно закрыл входную дверь на ключ. Мало ли что взбредёт на ум коту, лучше перестраховаться.

СанСаныч расстелил коврик перед соседской дверью. И тут заметил, что дверь в квартиру приоткрыта. Разогнувшись, СанСаныч легонько толкнул дверь рукой. Она открылась. Где-то внутри, в недрах раздавался приглушённый женский плач.
(окончание следует)

Пешее…. путешествие.

Типография заканчивала печать на пакетах ПВД и тканевых сумках из холщёвки для турфирмы, которая собиралась завтра участвовать в специализированной выставке.

— СанСаныч, моё почтение! — в трубке раздался знакомый акцент генерального директора.

— Иван Робертович, рад тебя слышать. — ответил СанСаныч. — Заказ почти готов, сегодня будет у тебя. Так что, к выставке успели. Завтра жду остаток денег.

— Слушай, а давай сегодня я с тобой рассчитаюсь. — голос на том конце провода стал нервно-радостным.

СанСаныч интуитивно почувствовал подвох. С Иваном Робертовичем он был знаком по бизнесу очень давно. И каждый раз, заказывая много и в сжатые сроки, он выклянчивал скидки и бонусы. Да и те небольшие деньги, что в итоге получались, приходилось вынимать путём долгих и изнурительных переговоров. Тяжёлый клиент.

— Давай сегодня. — стараясь сохранить приветливый тон голоса, ответил СанСаныч.

— Только денег нет. — разочарованно произнёс Иван Робертович, но потом радостно добавил. — Но зато только для тебя и супруги твоей есть замечательный пеший тур!

— Эротический? — съязвил СанСаныч.

— Шутник. — обиделся Иван Робертович. — На Алтай. Палатки, горы, костёр. Красотища! Даже настоящего барда с собой тащим. Отдохнёте, потом будешь меня целый год добрым словом вспоминать.

печать на пакетах пвд для заказчика

— Мне деньги нужны! — начал закипать СанСаныч. — Чем я буду зарплату людям платить?! Твоим пешим туром!? Они меня тогда самого знаешь куда…

— О, красавчик, как хорошо придумал! — не унимался Иван Робертович. — Вот кому-нибудь из своих путёвкой и заплатишь. Вот молодец! Через час с курьером пришлю, жди!

— Слушай, ты меня…

Но на том конце провода уже пошли короткие гудки. СанСаныч перенабрал номер, но телефон абонента был занят.

СанСаныч, багровый от ярости и подскочившего давления, вызвал к себе в кабинет Аню.

— Мы Турищевскому заказ уже отправили. — прямо с порога спросил он девушку.

— Да, вы же просили, как можно быстрее. — Аня осторожно присела на краешек стула. — Курьер уже едет.

— Разворачивай!

— Как?

— Так! Набирай номер курьера, говори ему, чтобы возвращался.

— Но почему?

— Потому что их генеральный предложил мне вместо денег пеший тур!

— Эротический? — Аня хихикнула.

— Ты не оригинальна. — СанСаныч отвернулся к окну. — Дозвонилась?

— Не отвечает. Наверное, в метро едет.

— Вот кому этот тур нужен. Тебе?

— Мы с Женей уже взяли путёвки в Крым.

СанСаныч, налил из графина воды и сел за стол.

— Может, Серёге предложить?

— А куда ехать? — поинтересовалась Аня.

— На Алтай.

— Он там стопудово потеряется.

Вдруг лицо Ани расплылось в улыбке. Она даже привстала.

— Наталья Викторовна!

СанСаныч удивлённо посмотрел на неё. Аня положила блокнот и облокотилась на стол двумя руками.

— У неё сейчас с мужем напряг, и она как раз спрашивала про какой-нибудь совместный тур. Только не на море. И чтобы не всё включено.

— Зови! — сказал СанСаныч. — И до курьера дозвонись.

— Зачем?

— Пусть пока где-нибудь в кафе посидит, подождёт.

Аня кивнула и выбежала из кабинета.

Наталья Викторовна вошла к шефу, как всегда, при полном параде и с толстой папкой в руках.

— Вызывали? — остановилась она в дверях.

— Да. Проходите, присаживайтесь, пожалуйста. — СанСаныч старался выглядеть максимально благосклонным. — У меня для Вас сюрприз.

— У меня все отчёты сданы. — удивлённо подняла брови бухгалтерша. Она раскрыла толстую папку.

— Дело в том, Наталья Викторовна, что нам досталась путёвка. Пеший тур.

— Я никуда одна не пойду.

— Ну, хоть у Вас с чувством юмора порядок. — СанСаныч встал из-за стола и зашёл за спину Натальи Викторовны. — Это уникальный пеший тур на Алтай. Палатки, ночёвка у костра. Красивейшие места, романтика! Настоящий бард! И, главное, эта путёвка на двоих. Поедете с мужем.

Наталья Викторовна обернулась и посмотрела на СанСаныча. Такими влюблёнными глазами на него давно уже никто не смотрел.

— Значит, на двоих. — с придыханием повторила она. — И Женечка может взять с собой гитару. Он так любит петь!

— Хоть бубен. Ну что?

— Я согласна!

— Тогда оформите себе в счёт премии.

Наталья Викторовна порывисто обняла СанСаныча. До поцелуя дело не дошло…

**********************

Ровно через три недели в кабинет СанСаныча постучались. И, не дожидаясь приглашения, вошла Наталья Викторовна в ярком облегающем платье. Её глаза светились счастьем удовлетворённой жизнью женщины.

— Огромное спасибо за путёвку! – поблагодарила она с порога. — Нам так понравилось! А природа…мммм – протянула она.

Подойдя к столу, Наталья Викторовна начала раскладывать на нём бумажные пакетики.

— Сама собирала. — пояснила она. — Вот это…

Она называла труднопроизносимые названия трав, которые, по её словам, излечивают от невероятных болезней. А СанСаныч смотрел на пакетики и думал: «Лучше бы я всё-таки дожал этого Ивана Робертовича и деньгами взял. Хотя…счастья не купишь…»

ВЕТЕРАН

СанСаныч сильно поругался с женой. Причина была банальная — его долгое отсутствие дома из-за большого количества заказов. Конец марта и начало апреля дали небольшую передышку, но потом опять пошло-поехало. Поздравительные открытки и печатная продукция на Пасху, рекламные листовки и крафт-пакеты к Первомаю.

А потом нескончаемым потоком заказов пошёл Бессмертный полк. И, как назло, сломался водитель, развозивший заказы и привозивший материалы. Сломался как в прямом, так и в переносном смысле. Сначала забарахлила машина, а потом он уже и сам стал отвечать на звонки СанСаныча нечленораздельно. Время-то горячее, поэтому другие водители ломили такие цены, что рентабельность всего предприятия резко уходила в минус.

Короче, аврал.

А тут ещё жена позвонила и сказала, что соскучилась. Ну, и попала под горячую руку. СанСаныч наговорил ей кучу гадостей, да ещё и трубку отключил. Потом, конечно же, пожалел и пытался несколько раз безуспешно дозвониться. Но на том конце провода короткими гудками давали понять, что не на шутку разобиделись.

«Ну и ладно. Не до неё сейчас! »- подумал СанСаныч.

Он с утра уже смотался в Подольск за материалом и рамками для фотографий, а также отчитал Аню за недостаточное усердие в поиске нового грузоперевозчика. Проследил за тоном сепии на печатном станке. Помог Михалычу и Серёге вставлять фотографии фронтовиков в рамки.

— Да, конечно! Ваш заказ готов. — СанСаныч с Серёгой аккуратно сложили фотографии на заднее сиденье. — Через час привезу, не волнуйтесь.

СанСаныч спрятал смартфон в карман и похлопал Михалыча по плечу.

— Остаёшься за старшего!

Лишь встав на светофоре, СанСаныч бросил беглый взгляд на приборную панель. Бензин был практически на нуле! Судя по навигатору, до ближайшей заправки оставалось чуть более километра.

На обочине дороги, подняв над собой табличку с фронтовой фотографией, голосовал дед небольшого роста с объёмным рюкзаком за плечами.

СанСаныч остановился.

— Куда, отец? — спросил он, опустив боковое стекло.

— Не знаю. — дед вытащил из штанов скомканный тетрадный листок и протянул СанСанычу. — Вот адрес.

СанСаныч вбил адрес в навигатор.

— Ух ты, сколько их!?- дед оглянулся на заднее сиденье, где штабелями лежали рамки с фронтовиками. —  Все твои?

— Нет. — усмехнулся СанСаныч. — По работе везу.

ветеран и 9 мая

— А можно, я своего тоже к ним пристрою? — спросил дед.

Он показал табличку с лопоухим морячком в бушлате и бескозырке с надписью «Черноморский флот».

— Давай. — согласился СанСаныч. — И рюкзак снимай. — и, кивнув на фотографию, добавил. — Сам, что ли?

— Типун тебе! — огрызнулся дед. — Это Антоха Попков из нашей бригады. Почти до сорок пятого с нами суда водил. Думали, где уже победу будем встречать…ан нет, мина немецкая по-своему распорядилась.

— На заправку надо завернуть. — обратился СанСаныч к деду, и, из вежливости, спросил. — Вы не против?

— Ты- рулевой. — ответил дед.

На заправке к ним подбежал шустрый улыбчивый помощник.

— Полный бак. — распорядился СанСаныч. Затем, приоткрыв дверь, наклонился к деду. — Отец, можно я Вас кофе угощу?

ВОЙНА-РАЗЛУЧНИЦА

Дед, кряхтя, вылез из машины. Бадик он не стал вынимать, поэтому неспешно похромал вслед за СанСанычем.

Кофе было ароматным, но очень горячим.

— А мне уже девяносто. — сев за столик, сказал дед. — В прошлом месяце стукнуло.

— Ух ты! — не глядя на него, восхитился СанСаныч. Жена упорно продолжала сбрасывать звонки. — По Вам и не скажешь.

— Вот так вот. Добираюсь на попутках. Хочу тоже вот, с молодёжью, как они скажут, потусоваться. А то мои друзья, в основном, уже на плакатики перебрались. А я ещё пока тут, внизу. — он протянул мозолистую шершавую руку. — Евгений Поликарпыч. Из Иловайска.

— Александр Александрович. — СанСаныч пожал руку. — Местный.

— Ты чего грустный такой, Сашка? — сощурив глаза, спросил дед. — Дома с женой, поди, поругался.

Повисла пауза. СанСаныч попытался отпить кофе, но только обжёг нёбо. Врать деду, как и любому случайному попутчику, смысла не имело.

— Ну да. — выдохнул СанСаныч.

— Поди надулась, как мышь на крупу и не разговаривает? Считает, что провинился?

— Надулась. — повторил СанСаныч.-Провинился.

— Ты знаешь. — дед зажал двумя руками стаканчик и, как бы согреваясь от него (хотя погода стояла по-весеннему тёплая), наклонил голову и громко отхлебнул. — Я на свете уже долго живу, разного повидал. И вот чего понял. Обида — это, брат, один из смертных грехов.

ветеран и пакеты

— Почему? — спросил СанСаныч.

— Прошёл я всю войну минёром на тральщике. В Чёрном море. Было нас в бригаде по началу четверо человек. Я, Антоха Попков, что в машине у тебя лежит, Серёга Дешанков, и жена его. Светлана. Серёга красавец был, видный такой, всем бабам на загляденье. Но при этом Светку свою любил, как в кинофильмах про любовь. Сильно, в общем. Да и она его любила, хотя с виду не красавица далеко была, и фигура так себе, на любителя. Может, потому и ревновала, хотя, сказать по совести, поводов Серёга давал предостаточно. Натура у него такая, забубённая. И разругались они как-то вдрызг.

Месяц не разговаривали. А тут нам в рейд идти, пролив разминировать. Мы и так их давай мирить, и сяк. Ни в какую! Так и вышли в море, по разным углам сидючи. Трал мы сбросили. Серёга с Попковым в каюту пошли, меня в рубку к капитану вызвали. А Светка на корме осталась из вредности. Закатом, видишь ли, залюбовалась. И тут как раз глубоководная-то и рванула. Ни кормы, ни Светки…

Вот с того самого дня Серёгу как подменили. Смурной стал ходить, каждое слово клещами надо было из него тащить. Про баб уж и не говорю, в их сторону даже смотреть перестал. И, главное, начал везде смерть искать. Хочу, говорит, к Светке, мочи нет. Повиниться, мол, хочу, что не уберёг, может, простит. Мину немецкую какую неизвестную обезвредить — первым просится. Фарватер под самолётами немецкими пройти — тоже только дай! Намучались мы с ним.

— Ну и как? Нашёл смерть-то? — осторожно спросил СанСаныч.

— Какой там! — отставил от себя пустой стаканчик дед. — Медалей только себе полную грудь навешал. К нему еду. Сядем, помянем.

***

СанСаныч заказ и поехал не обратно в офис, а домой. И цветов прикупил по дороге.

Дверь открыла удивлённая жена. СанСаныч с порога протянул ей букет.

— Прости меня. — тихо сказал он.

Вместо ответа жена крепко прижалась к его груди. На душе у СанСаныча стало так спокойно, легко и тепло.

Приближался светлый праздник Великой Победы — Девятое Мая!

РЕКЛАМНЫЙ РОЛИК.

Аня сидела в кабинете шефа, разложив перед собой листочки с презентацией. СанСаныч брал их по одному и вдумчиво рассматривал.

— Ты думаешь, всё дело в отсутствии рекламы?

— Конечно! — сказала Аня и посмотрела в блокнот для записей. — Реклама, как известно, двигатель торговли. Изготовлением полиграфии в Москве занимаются сотни фирм. Многие из них имеют агрессивную маркетинговую политику. Нам нужно не отставать. Вот, например, нужен имиджевый ролик. Повесим на сайт, разошлём ссылку всем потенциальным клиентам. Они увидят, что мы не какая-нибудь шарашкина контора, а солидная фирма. Что с нами можно и нужно иметь дело.

СанСаныч отложил листок, сел за стол и начал постукивать торцом ручки по столу. Так он частенько делал, когда принимал важные решения.

— Подготовь-как мне предложения по этому ролику. — заключил он. — Только помни, денег у нас на него нет. Весь стабилизационный фонд я на ваши премии спустил.

Целую неделю Аня методично обзванивала рекламные фирмы, от больших до самых маленьких.  Предлагали разные варианты, от мультика про крафт-пакеты, до грандиозного презентационного фильма с участием звёзд. СанСаныч все идеи отвергал одной фразой «Денег нет».  Это здорово нервировало Анну, потому как, с одной стороны её напрягали звонками рекламщики, ожидающие утверждения бюджета и начала съёмок, а, с другой стороны, СанСаныч, требующий «сшить колпак из ничего».

печать на пакетах

Что вышло из «денег нет».

— Ну давайте тогда сами снимем! — в сердцах крикнула она после очередного «денег нет».

— А это идея! — оживился СанСаныч. — Серёга у нас, насколько я знаю, увлекается фотографией. Значит, камеру и свет искать не надо. Вы с Михалычем ещё те актёры. А Наталья Викторовна будет гримёром, потому что, как её не увижу, всегда что-то на себе подкрашивает. А?! Пиши сценарий!

Ночь у Ани прошла в творчестве. Женя, естественно, вызвался помогать. Но, скорее, больше мешал, потому, как в Михалыче проснулась такая творческая энергия, обуздать которую он не всегда был в состоянии. Пакеты летали то на «Марс», то погружались на «дно Тихого океана». Принтер выводил на печать скалистые горы, табуны лошадей, звёздную спираль Вселенной. И Аня вскоре поймала себя на мысли, что превращается в СанСаныча с его излюбленной фразой «денег нет». Наконец, остановились на семейной истории, где молодая пара (естественно, Аня и Женя) дарят друг другу изображения со своими фотографиями в рамках, складывая подарки в крафт пакеты с логотипом фирмы.

СанСанычу сценарий понравился. Он даже нашёл в нём для себя роль полиграфиста. Сказал, что оденет красный фартук с логотипом.

— Это будет стильно! — сказал он. — Завтра снимаем!

Съемки

Дизайнер Серёга был поставлен перед фактом о начале своей операторской карьеры. Наталья Викторовна сразу запросила денег на всякие кисточки, тушь и пудру. СанСаныч, скрепя сердцем, вытащил из сейфа несколько тысяч, оставленные на непредвиденные расходы.

Снимать решили после работы, несмотря на протесты Сереги, что «свет уйдёт и надо будет ставить больше приборов».

— Кино приходит и уходит, а кушать хочется всегда! — мудро заметил СанСаныч.

Съёмки прошли довольно гладко, без эксцессов. Не считая того, что Аня и Женя так увлеклись игрой в счастливую пару, что уронили осветительный прибор на Наталью Викторовну. Но бухгалтерша сидела за большим фикусом в кадушке и основной удар принял на себя именно цветок. В общем, было весело.

На следующий день Серёга договорился со своим другом, режиссёром из ВГИКа, и тот, за маленькие деньги, смонтировал ролик. И даже музыку подложил.

Премьеру устроили в кабинете СанСаныча, где стоял самый большой телевизор. Ради этого даже скинулись на вино и закуску в виде канапешек.

— Ну вот! — радостно воскликнул СанСаныч после шестого подряд просмотра. — Молодцы! Можем же! — и, чокаясь с раскрасневшейся от смущения и радости Анной, добавил. — Размещай на сайте!

Ролик особо клиентов не добавил. Да что уж кривить душой, совсем не добавил. Но, самое главное, очень помог поднятию командного духа в коллективе. И Анне вселил уверенности в своих актёрских способностях. А Серёга так и вообще стал задумываться о карьере видеооператора.

Лыжный марафон

«Мороз и солнце — день чудесный!»

Капризная природа решила побаловать мужчин в выходной, двадцать третьего февраля.  

Жена готовила праздничный обед и попросила СанСаныча не мешаться под ногами. Да и ясная морозная погода гнала за город, на свежий воздух.

Достав из гаража старую лыжную экипировку, СанСаныч рванул в соседний парк, где ещё по молодости любил ходить на лыжах под скрип деревьев и хруст искрящегося снега.

Лыжня

Маршрут он приблизительно знал, однако, не катался лет пятнадцать, наверное. Всё некогда было.

Оставив машину на парковке возле парка, СанСаныч неуверенно встал на лыжню. Поначалу ноги и руки плохо слушались, и даже приходилось валиться на снег, пропуская очередных «бегунов». Но постепенно былая уверенность возвращалась, темп наращивался и вот уже несколько горе-спортсменов были вынуждены нехотя уступить СанСанычу первенство. Мелкий снежок щекотал лицо, звенящая тишина зимнего леса опьяняла и выключала сознание. СанСаныч из стареющего босса превращался в молодого спортсмена-разрядника, для которого быть первым на финише — дело чести!

Уже оставлен далеко позади какой-то пыхтящий любитель, и вот перед тобою только припорошенная снежком лыжня, согнутые под тяжестью сугробов ветки и манящая, как в молодости, девственно чистая дорога.

Снег усилился. Вместе со снегом пришёл и ветер, холодный, кусающий щёки и нос. Но СанСаныч продолжал упорно бежать вперёд, трудности его никогда не пугали.

печать на пакетах

И тут…

Внезапно лыжня кончилась. Или её просто замело. СанСаныч остановился, умыл снегом лицо и огляделся. Вокруг только лес, стихающий ветер, снег и тишина. Спереди хрустнула ветка. СанСаныч рванулся туда, с трудом прокладывая новую лыжню. Через пятьдесят метров он разочарованно остановился. Рядом, ломая сучья, горделиво прошёл лось. СанСаныч полез во внутренний карман за мобильным. Навигатор спасёт, Навигатор подскажет! И действительно, несколько раз моргнув дисплеем, приложение поставило среди бесконечного зелёного массива маленькую красную капельку- местоположение СанСаныча.

Однако попытка проложить маршрут до машины не удалась. Смартфон, предательски моргнув, стал показывать знаменитую картину Малевича, а на призывы загрузиться, даже матерные, не реагировал. Ведь батарейка на морозе разряжается в десять раз быстрее.

СанСаныч подъехал к увесистому дубу и разворошил снег у корня. Зазубренные в школе законы советского ориентирования на местности гласили, что мох у деревьев растёт всегда с северной стороны.

Он решил пробираться на юг. Морозец спал, снова выглянуло яркое зимнее солнце. Ветер успокоился, а снег пошёл крупными хлопьями. Руки и ноги потихоньку немели, на кончике носа образовалась маленькая белая точечка. Тишина леса, из манящей, постепенно превращалась в зловещую, скрип деревьев стал напоминать тяжёлую поступь Костлявой. Ни лыжни, ни людей. Только хруст нетронутого снега под «уставшими» лыжами.

СанСаныч опёрся о толстый сук, притянутый к земле, присел на него. Размял руки, попробовал пошевелить пальцами ног. Где-то впереди, сквозь тишину прорывался крик толпы, смех и музыка. Да, там были люди! Там ждало спасение!

Собрав остатки воли в кулак, СанСаныч помчался на звук. Через полкилометра он наткнулся на хорошо укатанную лыжню. Отряхнув с лыж наледь, СанСаныч перешёл на коньковый ход. Ноги и руки отказывались слушать, нос уже практически наполовину побелел. Щёки теряли румянец, превращаясь в бледные пятна.

Финиш

Впереди замаячил плакат «ПРИВЕТ УЧАСТНИКАМ МАРАФОНА!». СанСаныч узнал бы его из тысячи, ведь ещё неделю назад вставлял пилюлю дизайнеру Серёге за то, что на макете не хватило разрешения для печати баннера. Перед лицом почему-то кружились буклеты, визитки, грамоты, брошюрки, которые в больших количествах выпустила типография к лыжному марафону.

Под победные крики толпы СанСаныч сорвал ленточку и рухнул без сил. Очнулся уже в палатке, укутанный пледом, с кружкой горячего чая в руках. На него восторженно смотрела хрупкая кареглазая девушка в лыжном костюме с бейджиком «Анастасия. Оргкомитет».

— Настя, а можно у Вас попросить зарядку для смартфона? — пролепетал СанСаныч.

— Можно. — ответила Настя и очаровательно улыбнулась. — Только Вы меня уже двадцать минут назад об этом просили. — она показала пачкой брошюр на переходник с розетками. — Я сразу и поставила. Просто Вы руками пошевелить не могли.

— Да. Спасибо. — через силу улыбнулся СанСаныч. Щёки, видать, ещё не совсем отошли.

— Как Вы умудрились всю группу почти на час перегнать? Усиленно готовились?

— Ну, да…наверное.

— Отдыхайте. – Анастасия протянула СанСанычу несколько листков его же продукции. — Вот Вам диплом участника, программа праздника и наш буклет. Потом, пожалуйста, найдите свой номер и отметьтесь у организаторов для получения кубка. Стол прям рядом с баннером. Не заблудитесь?

— Нет, нет, конечно. — замотал головой СанСаныч.

Анастасия выбежала из палатки. А СанСаныч, допив чай, забрав телефон и своё обмундирование, под шумок ретировался домой.

С тех пор в кабинете у шефа, на видном месте, в рамочке, красуется диплом участника лыжного марафона с надписью «За проявленную волю, силу и мужество».

НЕ БЫЛО БЫ СЧАСТЬЯ, ДА …

СанСаныч пришёл в офис в своём «фирменном» настроении. Наорал на Михалыча по поводу цвета пантона на пакетах, долго отчитывал Аню за недостаточное количество новых клиентов. Ближе к обеду вызвал с отчётами бухгалтершу Наталью Викторовну. Пока та сводила все цифры в единую таблицу и прихорашивалась, в кабинете директора зазвонил телефон. СанСаныч сначала кричал в трубку, что он на всякую туфту рекламную не вёлся и вестись не будет. Затем прикрыл дверь и подозрительно притих. Прошло минут двадцать, а из кабинета директора не раздавалось ни звука.

пакеты с печатью

После часа молчания в кабинет СанСаныча решили отрядить дизайнера Серёгу, благо он пилюль от шефа ещё сегодня не получал. Но Серёга слился, аккуратно опрокинув на пиджак кружку с кофе. Лучше быть грязным, чем уволенным. Тогда провели лотерею. Короткая зубочистка досталась Наталье Викторовне. Тяжело вздохнув, она взяла папку с отчётом и тихонько постучалась к шефу. Ответа не последовало. Тогда Наталья Викторовна набрала в лёгкие побольше воздуха и постучалась громче. Дверь ей открыл СанСаныч при полном параде, даже с портфелем в руках. Не говоря ни слова, он оттеснил бухгалтершу с дороги и вышел из офиса. Молча.

Движение

Повисла пауза.

— Не нравится мне всё это. — первой прервала всеобщее молчание Анна. — Суицидом попахивает.

— А кто звонил-то? — спросил Михалыч у Натальи Викторовны. В ответ, она только пожала плечами.

Аня спрятала телефон в сумочку, резко вскочила с кресла, сорвала с вешалки пальто и выскочила из офиса.

— А с ней-то что? — Михалыч обвёл взглядом ошалевших сотрудников.

Аня запрыгнула в подъехавшее такси.

— За вон той машиной! — в стиле шпионских фильмов бросила она водителю и, для пущей значимости, вытащила из сумочки тёмные очки. 

СанСаныч припарковал машину около стеклянного офисного здания, похожего на гигантский корабль. Аня проследовала за ним. Чтобы не спалиться, она тщательно скрывалась за сотрудниками, благо, поток людей, входящих в здание и выходящих из него, был достаточно плотный. СанСаныч скрылся за дверью, рядом с которой стоял рекламный баннер «Элеонора Хунякова. Тибетская целительница. Раскрытие потенциала для личностного роста. Всего один семинар в столице! Индивидуальные программы.»

— Попал, — подумала Аня про СанСаныча. Однако, входить в дверь побоялась.

Продолжение.

На следующий день СанСаныч пришёл в офис почти к обеду и сразу же вызвал к себе Михалыча.

— Как Вы думаете, Евгений, на что я способен? — неожиданно спросил СанСаныч, глядя мимо Михалыча туда, в Вечность.

— На многое, — после паузы ответил Михалыч.

— Вот что я могу дать конкретно Вам?

— Премию.

— И всё?

— И всё.

— Спасибо, Вы мне очень помогли. — всё ещё находясь в прострации, сказал СанСаныч. — Идите.

После Михалыча в кабинете шефа побывали почти все сотрудники, кроме Сергея. Он предусмотрительно заболел. А на следующий день всем на карточку перевели премию. И тогда Аня рассказала, что СанСаныч ходил к какой-то тибетской целительнице по поводу личностного роста. Непонятно, насколько она прокачала СанСаныча, но сотрудники типографии ещё целый месяц вспоминали её добрым словом, называя премию «манной тибетскою» …

А СанСаныч дня через два отошёл. И стал обычным шефом. Как говорится, вырос, как личность, но ненадолго…

Я не трус, но я…не боюсь

СанСаныч припарковал машину на свободное место около офиса и, поёживаясь от пронизывающего насквозь ветра, вошёл в здание.

«Конец октября— затишье перед новогодней гонкой.»— думал он. — «Всего—то пара отчётов. Люблю осень!»

Сюрприз

Однако, на пороге его ждал неприятный сюрприз в виде трясущейся Леночки — молодой сотрудницы из отдела доставки. Её горделивый греческий профиль внушал уверенность, а красивая фигура украшала утренние летучки. Леночку уважали, а некоторые даже побаивались. Но чтобы она тряслась от страха — это было впервые.

— СанСаныч, — дрожащим голосом произнесла она, сверкнув маленькой слезинкой в уголке глаз.

— Леночка, что случилось? — удивился СанСаныч. — Впервые вижу Вас в таком состоянии.

 Леночка осторожно, по стеночке, просочилась в кабинет. СанСаныч закрыл дверь.

— Рассказывайте, — сказал он, вешая пальто в шкаф. — Может, кофе?

— Спасибо, меня и так трясёт.

СанСаныч погрел о батарею руки и сел в кресло. Машинально взял листок и ручку.

— Я Вас внимательно слушаю. — сказал он.

— Даже не знаю, с чего начать. — губы Леночки задрожали, и она, по—детски уткнувшись в ладошки, разрыдалась.

— Да что стряслось?!— СанСаныч налил из графина воды и поставил на стол перед Леночкой.

Она схватила стакан трясущимися руками и жадно отхлебнула.

— Этот заказ. Он проклятый. — выдавила она из себя тихим голосом.

— Какой заказ?

Печать на пакетах ПВД.

— И что? Не угадываем с цветом? Не сохнет? Заказчик чудит?

— Понимаете, они…—Леночка опять расплакалась. — приходят файлы с нашими фотографиями.

— Во как! — СанСаныч удивленно сел на стул рядом с Леночкой. — И что?

— Как только я назначаю курьера, который отвезёт заказ, приходит файл с фотографией…где он лежит убитый.

От неожиданности СанСаныч даже поперхнулся. Кто—то делает фотографии с мёртвыми курьерами?

— У меня никто не берётся доставлять заказ.

—Елена Васильевна, — СанСаныч пересел со стула на стол. — Просто откажитесь от заказа и всё. Верните деньги.

— Пробовали. Деньги со счёта возвращаются обратно.

—Позвоните в полицию.

— Они сказали: «Нет трупа—нет повода.»

СанСаныч в задумчивости прохаживался по кабинету. Весь холод из тела куда—то улетучился, а сердце значительно повысило ритм.  «Я, конечно же, не герой. Но честь фирмы спасать надо.»

— Знаете, что, Леночка. Давайте я отвезу.

пакеты для заказчика

Доставка

Через час, купив по дороге биту в спортивном магазине, СанСаныч свернул с шоссе на проселочную дорогу. Связь со спутником стала пропадать, поэтому навигатор своим треснувшим голосом нагнал ещё больше страху.

Дорога уткнулась в небольшой ухоженный мотель. Стемнело, и фары машины высветили витое крыльцо с пустой парковкой. На втором этаже одно окно горело. Красным светом. Сквозь шторы.

СанСаныч громко постучал. Никто не отреагировал. Сжимая в одной руке биту, в другой пакеты с принтами, он сильно толкнул дверь плечом. Дверь распахнулась. Немного поёжившись, СанСаныч шагнул внутрь…

В лицо ему ударил яркий свет, в уши ворвалась весёлая музыка. Вся его фирма была в сборе. В костюмах. Под смех и аплодисменты СанСаныч начал понемногу приходить в себя. К нему подошла Леночка, забрала биту с пакетами и протянула бокал шампанского.

— Мы решили сделать корпоратив в стиле Хэллоуин! — смеясь, сказала она. — Сняли этот отель. Знаем, что Вы не любитель подобных мероприятий, и никогда не одобрили бы. Но без Вас никак!

«Это именно тот момент, когда хочешь их всех убить, но не можешь», — пронеслось в голове у СанСаныча: «Ведь мы— команда!»

Ох уж эти девушки…

(давно ничего не публиковали…)

Анна никогда не верила ни в Бога, ни в черта, ни в судьбу. Она верила исключительно в свои силы. Верила, что при должном старании можно добиться всего, чего пожелаешь. На вопрос же о том, почему Анна всего лишь сотрудница типографии, а не, скажем, ее глава, женщина отвечала, что в этом деле нашла применение своему художественному таланту.

– Вы только посмотрите на наши пакеты с рекламой. Только представьте, что ими любуется вся Москва, ведь они нужны каждый день. Нам приятно предоставлять качественные услуги людям вместе с моими профессиональными коллегами.

Так Анна философски смотрела на однообразность в своей жизни, которой была довольна.

Восьмого января, в последний день Новогодних праздников Аня хотела провести дома вдвоем со знакомым. Несмотря на то, что они все дни проводили вместе на работе, быть дома вдвоем было верхом наслаждения. День прошел отлично. Испортил под вечер звонок подруги Света.

– Привет, Аня. Ты свободна?

– Привет. Смотря для чего?

– Хочу погадать на жениха.

Аня прыснула в трубку.

– Все это ерунда. Иди в клуб лучше.

Света была настойчива, да и Он отпускал девушку. Аня сдалась.стук в окно с пакетами пвд

Стук…

Через полчаса Аня уже согревалась в квартире подруги.

– Учти, что я не верю ни в какие гадания, – предупредила Аня.

– Знаю-знаю. Спасибо, что пришла.

В комнате на столе уже стояло зеркало. По сторонам находились свечи. Света села за стол. Зажгла свечи. Аня выключила свет в комнате, села на диван за ее спиной.

– Суженый-ряженый, – начала говорить Света, глядя в зеркальную поверхность. – Покажись мне.

Ничего не происходило. В зеркале отражались горящие свечи и лицо девушки.

– Бабушкины сказки, – сказала Аня с дивана.

– Помолчи, пожалуйста, – попросила Света дрожащим от волнения голосом.

– Могу совсем уйти, – с обидой обронила Аня и даже встала с дивана.

– Прости, пожалуйста, я очень волнуюсь.

Аня снова села, ожидая конца действия.

Прошло минимум пятнадцать минут. Вдруг раздался стук в окно, но не в той комнате, где сидели женщины, а на кухне.

Света пулей пронеслась через комнату и щелкнула выключателем.

– Ты слышала стук? – Светины глаза были круглыми от страха.

– Слышала, – Аня оставалась спокойной, ища рациональное объяснение раздавшемуся звуку.

– Что это было?

– Кажется, стук в кухонное окно. Пойдем.

– Мне страшно, – призналась Света.

Аня же уже выходила из комнаты. Смело подойдя к кухне, зажгла свет.

Стук повторился.

Аня рассмеялась. Она увидела причину.

– Света, ты забыла о ветке дерева, что касается на ветру окна.

Света подошла к подруге. Теперь они хохотали обе до слез. О святочном гадании было забыто.

Встреча Нового года.

Приготовление к Новому году шло полным ходом. Кто-то открывал привезённые из дома салаты, кто-то раскладывал столовые приборы, кто-то просто делал вид, что чем-то помогает. Было очень непривычно видеть офис таким украшенным, со стоящим в центре большим столом, особенно после того, как несколько месяцев только и печатали, и складывали пакеты.

Кто-то притащил из дома старенькую плазму. Поэтому большинство парней занимались её подключением, включая и СанСаныча. Он ловко раздавал команды, а иногда не только команды, но и мотивирующие пендели, постоянно крича: «Да что ж вы делаете? Да не сюда? Ай, проще самому всё сделать».

Девушки же, закончив накрывать на стол, занялись расстановкой свечей. СанСаныч понимал, что свечи – это опасная затея, но под натиском работников всё-таки нашёл компромисс и разрешил поставить свечи, но только на столе. Что уж тут говорить радости не было предела, ведь по уверение всех девушек фирмы это выглядит очень красиво.

И вот все приготовления закончены: стол накрыт, телевизор исправно показывает, свечи стоят на своих местах, но пока не зажженные. Теперь, все, что остаётся это просто дождаться боев курантов и, чокаясь отметить, уходящий в прошлое 2018 год. Время до курантов решили убить разговорами, так как СанСаныч запретил всем зависать в телефонах. И правильно, в такой-то день.

пакеты для нового года

До боя курантов остаётся 5 минут. Свечи зажигаются. По бокалам разливается шампанское. На листочках пишутся желания, чтобы потом сжечь их, стряхнуть пепел в бокал и выпить, чтобы желание сбылось. Нажелали самого разного кто-то новую машину, кто-то пожелал найти свою любовь, а кто-то пожелал прибавку к зарплате и прозрачно намекнул на это СанСанычу, засветив перед ним листочек с желанием.

И вот, тот самый момент, ради которого все собрались – бой курантов.

Двенадцать.

Все начинаю сжигать бумажки и стряхивать пепел в бокалы.

Одиннадцать.

Все поднимают бокалы и готовятся чокнуться.

Десять.

Кто-то задевает свечу, стоящую на краю стола и она падает в сторону ёлки

Девять.

Ёлка загорается, все смотрят на это в панике, не зная, что делать.

Восемь.

СанСаныч начинает судорожно искать огнетушитель.

Семь.

СанСаныч нашёл огнетушитель, но не может открыть ящик, где он находится

Шесть.

Кто-то в отчаянии выливает стоявший на столе прозрачный графин с водой на ёлку.

Пять.

В графине оказывается совсем не вода.

Четыре.

СанСанычу всё-таки удаётся достать огнетушитель.

Три.

Он мчится со всех ног тушить случившийся пожар.

Два.

Пожар ликвидирован, из пострадавших только ёлка.

Один.

Все нервно выдыхают, забывая, что в этот момент нужно чокаться.

Ноль.

СанСаныч проснулся. Нет, пусть все Новый год встречают дома. Надо же такому присниться…

От лица фирмы AlexPrint, хотим поздравить Вас с новым 2019 годом и пожелать всех благ и здоровья. Пусть этот год окажется для вас самым радостным в вашей жизни. Спасибо, что с нами!